Все сонеты В. Шекспира в переводе Д. Гудвина
 
 
     
 
 
 
СОНЕТ 86
 
Его ли гордый парус вдохновенья,
Держащий курс к сокровищу – к тебе,
Затмил величьем скромные творенья,
Униженно погибшие во мне?
 
Его ли дух, что небо научило
Писать, как бог, что смертным не дано,
Лишил моей поэзии ветрила
И дара речи верное перо?
 
Нет, ангел мой, меня не испугают
Ни он, ни духи и никто другой;
И даже время тлена, побеждая,
Моей не сможет хвастать немотой.
 
Но лишь когда украл он образ милый,
Мой свет угас и стих лишился силы.
 
 
Was it the proud full sail of his great verse,
Bound for the prize of all too precious you,
That did my ripe thoughts in my brain inhearse,
Making their tomb the womb wherein they grew?
 
Was it his spirit, by spirits taught to write
Above a mortal pitch, that struck me dead?
No, neither he, nor his compeers by night
Giving him aid, my verse astonished.
 
He, nor that affable familiar ghost
Which nightly gulls him with intelligence
As victors of my silence cannot boast;
I was not sick of any fear from thence:
 
But when your countenance fill'd up his line,
Then lack'd I matter; that enfeebled mine.

 
 
 
11.02.2019 Мельбурн
Сонет – В. Шекспир, перевод – Д. Гудвин
Фото – www.goodwinland.info
Музыка – Мишель Легран

 
 
 
 
Подстрочный перевод
 
Его ли гордый, наполненный парус великих стихов,
держащих курс к этому бесценному трофею - тебе,
заточил мои созревшие мысли в моем мозгу,
превращая для них в гробницу чрево, в котором они выросли?
 
Его ли дух, который духи научили писать
так, как смертным не дано, лишил меня дара речи?
Нет, это не он и не его ночные сотоварищи,
помогающие ему, привели в замешательство мой стих.
 
Ни он, ни его любезный знакомый дух,
который еженощно наполняет его знанием,
не могут, как победители, похвалиться моим молчанием;
я вовсе не был обессилен страхом из-за них:
 
Но когда твоя внешность (твой образ) наполнила его строки,
тогда я лишился предмета, и это обессилело мои стихи.
 
 
 
 
Перевод Самуила Яковлевича Маршак
 
Его ли стих - могучий шум ветрил,
Несущихся в погоню за тобою, -
Все замыслы во мне похоронил,
Утробу сделав урной гробовою?
 
Его ль рука, которую писать
Учил какой-то дух, лишенный тела,
На робкие уста кладет печать,
Достигнув в мастерстве своем предела?
 
О нет, ни он, ни дружественный дух -
Его ночной советчик бестелесный -
Так не могли ошеломить мой слух
И страхом поразить мой дар словесный.
 
Но если, ты с его не сходишь уст, -
Мой стих, как дом, стоит открыт и пуст.