Все сонеты В. Шекспира в переводе Д. Гудвина
 
 
     
 
 
 
СОНЕТ 68
 

Его лицо – пример минувших лет,
Где, как цветок, блистала красота
До тех времён, когда придумал свет
Рядить себя в фальшивые цвета.
 
И до того, как пряди мертвецов
Не стали жить на чьём-то парике,
Став украшеньем лживым для глупцов,
Кто видит правду только в кошельке.
 
В нём благородство подлинных времён,
Прекрасен он без фальши навсегда;
Он совестью и честью наделён,
Обман не украшая никогда.
 
Творец его как истину хранит:
Притворство красоту не победит.
 
 
Thus is his cheek the map of days outworn,
When beauty lived and died as flowers do now,
Before the bastard signs of fair were born,
Or durst inhabit on a living brow;
 
Before the golden tresses of the dead,
The right of sepulchres, were shorn away,
To live a second life on second head;
Ere beauty's dead fleece made another gay.
 
In him those holy antique hours are seen,
Without all ornament, itself and true,
Making no summer of another's green,
Robbing no old to dress his beauty new;
 
And him as for a map doth Nature store,
To show false Art what beauty was of yore.

 
 
 
20.02.2019 Мельбурн
Сонет – В. Шекспир, перевод
Д. Гудвин
Фото – Ален Делон
Музыка – В. Моцардо


 

 
Подстрочный перевод
 
Таким образом, его лицо - карта (эталон) прошедших дней,
когда красота жила и умирала, как цветы сейчас,
до того, как эти незаконные (искусственные, ненастоящие) признаки красоты были рождены (появились)
и посмели поселиться на живом лбу (лице);
 
до того, как золотистые локоны мертвых -
достояние гробниц, стали отстригаться,
чтобы получить другую жизнь на другой голове;
прежде чем мертвые волосы красоты осчастливили другого.
 
В нем видны эти священные старые времена -
красота без какого-либо приукрашивания, подлинная и истинная,
когда не делали себя похожим на лето с чужой зеленью,
не грабили старое, чтобы дать своей красоте новый вид (наряд).
 
И Природа его хранит как эталон,
чтобы показать фальшивому (ложному) Искусству, какой красота была прежде.
 
 
 
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
 
Его лицо - одно из отражений
Тех дней, когда на свете красота
Цвела свободно, как цветок весенний,
И не рядилась в ложные цвета,
 
Когда никто в кладбищенской ограде
Не смел нарушить мертвенный покой
И дать забытой золотистой пряди
Вторую жизнь на голове другой.
 
Его лицо приветливо и скромно.
Уста поддельных красок лишены.
В его весне нет зелени заемной
И новизна не грабит старины.
 
Его хранит природа для сравненья
Прекрасной правды с ложью украшенья.