Все сонеты В. Шекспира в переводе Д. Гудвина
 
 
     
 
 
 
СОНЕТ 132
 
Люблю твои глаза, они, жалея,
Когда ты ложью мучила меня,
Надели траур, словно орхидея
В ночи без звёзд, без жизни, без огня.
 
Поистине, не так прекрасно солнце,
Что ярко красит дремлющий восток,
И звёздный свет, что вечерами льётся,

Не так сияньем западу помог,
 
Как чёрных глаз лучи очарованья
В печали сожаленья и любви.
Пусть твоё сердце станет состраданьем,

А взор цветком нетленной красоты.
 
Тогда клянусь, что красота на свете
Черна, как роза, как строка в сонете.
 
 
Thine eyes I love, and they, as pitying me,
Knowing thy heart torments me with disdain,
Have put on black and loving mourners be,
Looking with pretty ruth upon my pain.
 
And truly not the morning sun of heaven
Better becomes the grey cheeks of the east,
Nor that full star that ushers in the even
Doth half that glory to the sober west,
 
As those two mourning eyes become thy face:
O, let it then as well beseem thy heart
To mourn for me, since mourning doth thee grace,
And suit thy pity like in every part.
 
Then will I swear beauty herself is black
And all they foul that thy complexion lack.

 
 
 
06.03.2019 Мельбурн
Сонет – В. Шекспир, перевод Д. Гудвин
Фото – Ингрид Бергман
Песня – Клиф Ричард

 
 
 
 
Подстрочный перевод
 
Твои глаза я люблю, и они, будто жалея меня,
зная, что твое сердце мучает меня с презрением,
оделись в черное, как любящие в трауре,
глядя с очаровательным состраданием на мою муку.
 
И поистине, утреннее солнце небес
не красит так серые щеки востока,
и та яркая звезда, которая знаменует приход вечера,
вполовину так не придает великолепия мрачному западу,
 
как эти два глаза в трауре красят твое лицо.
О, пусть тогда твоему сердцу также подобает
быть в трауре по мне, ибо траур украшает тебя,
и одень так же в черное всю твою жалость.
 
Тогда я поклянусь, что сама красота черна,
и отвратительны все, кто не выглядит как ты.
 
 
 
Перевод Самуила Яковлевича Маршака
 
Люблю твои глаза. Они меня,
Забытого, жалеют непритворно.
Отвергнутого друга хороня,
Они, как траур, носят цвет свой черный.
 
Поверь, что солнца блеск не так идет
Лицу седого раннего востока,
И та звезда, что вечер к нам ведет, -
Небес прозрачных западное око -
 
Не так лучиста и не так светла,
Как этот взор, прекрасный и прощальный.
Ах, если б ты и сердце облекла
В такой же траур, мягкий и печальный, -
 
Я думал бы, что красота сама
Черна, как ночь, и ярче света - тьма!