Все сонеты В. Шекспира в переводе Д. Гудвина
 
 
     
 
 
 
СОНЕТ 102
 
Моя любовь сильнее с каждым днём,
Она лишь для тебя, а не для света;
Глупец, кто превращает языком
Любовь свою в разменную монету.
 
В начале нашей молодой весны
Я гимны пел, слагая тебе оды,
Как Филомела в праздничные дни
Цветенья пробудившейся природы.
 
Но затихает нежная свирель,
Не потому что кончилось дыханье:
Когда слышна повсюду птичья трель,
То исчезает миг очарованья.
 
Вот потому и я теперь молчу:
Тебе наскучить, ангел, не хочу.
 
 
My love is strengthen'd, though more weak in seeming;
I love not less, though less the show appear:
That love is merchandiz’d whose rich esteeming
The owner's tongue doth publish every where.
 
Our love was new, and then but in the spring,
When I was wont to greet it with my lays;
As Philomel in summer's front doth sing,
And stops her pipe in growth of riper days:
 
Not that the summer is less pleasant now
Than when her mournful hymns did hush the night,
But that wild music burthens every bough,
And sweets grown common lose their dear delight.
 
Therefore, like her, I sometime hold my tongue,
Because I would not dull you with my song.
 

 
 
07.01.2019 Мельбурн
Сонет – В. Шекспир, перевод
Д. Гудвин
Песня – Nat King Cole
Картина – Charles Bargue

 
 
 
Филомела – персонаж древнегреческой мифологии, дочь царя Афин, превращенная в соловья.

 
Подстрочный перевод
 
Моя любовь стала сильнее, хотя кажется слабее по виду;
я люблю не меньше, хотя это (моя любовь к тебе) меньше проявляется внешне.
Та любовь становится товаром, чью высокую ценность
язык владельца обнародует повсюду.
 
Наша любовь была новой (молодой) и только переживала весну,
когда я (часто) приветствовал ее своими песнями (словами, стихами),
как Филомела поет в начале лета,
но оставляет свою свирель, когда наступает другая (более зрелая) пора (прекращает это делать, когда лето приближается к осени);
 
не потому, что лето стало менее приятным,
когда ее печальные (грустные) гимны заставляли ночь затихнуть;
но потому что теперь природная музыка отягощает каждую ветвь,
а прелести, которые стали обычным явлением, теряют драгоценное очарование.
 
Поэтому, как и она (Филомела), я иногда придерживаю свой язык,
потому что не желаю наскучить тебе своей песней (своими стихами).
 
 

Перевод Самуила Яковлевича Маршака
 
Люблю, - но реже говорю об этом,
Люблю нежней, - но не для многих глаз.
Торгует чувством тот, что перед светом
Всю душу выставляет напоказ.
 
Тебя встречал я песней, как приветом,
Когда любовь нова была для нас.
Так соловей гремит в полночный час
Весной, но флейту забывает летом.
 
Ночь не лишится прелести своей,
Когда его умолкнут излиянья.
Но музыка, звуча со всех ветвей,
Обычной став, теряет обаянье.
 
И я умолк подобно соловью:
Свое пропел и больше не пою.